По благословению
митрополита Екатеринбургского
и Верхотурского Кирилла
23 сентября 17:07
«Человека возвышает только его соединённость с Богом»: игумен Вениамин о действии Божественной любви

О двух основных заповедях Божиих и о том, что уготовал для нас Господь – славу и спасение, - рассказал в своем пастырском слове игумен Вениамин (Райников), секретарь Епархиального совета Екатеринбургской епархии, настоятель храма в честь Державной иконы Божией Матери. Слово пастыря прозвучало за архиерейской Божественной литургией в Храме на Крови 20 сентября 2020 года. Богослужение возглавили митрополит Екатеринбургский и Верхотурский Кирилл и епископ Нижнетагильский и Невьянский Алексий.

- Сегодня мы слушали два евангельских чтения, которые совпали в этом литургическом году и очень подошли друг другу, потому что одно евангельское чтение объясняется через другое. В первом говорится о том, как Бог возлюбил мир и послал Сына Своего Единородного не для того, чтобы судить этот мир, а для того, чтобы его спасти. Это действие Божественной любви - Господь Сам находит в человеке то, за что его полюбить. Человечество Богу дорого, оно Ему зачем-то нужно. Поэтому Он пришел не для того, чтобы наказать тех людей, которые не стали жить по Его заповедям, а для того, чтобы решить их проблему. Это явление величайшей Божественной любви, величайшего Божественного снисхождения. Он принимает на Себя человеческую природу, сходит к нам, становится подобным нам для того, чтобы решить наши проблемы. Это действие Его смирения.

И это то, что делает Бог как бы сверху вниз – это Его инициатива. Но второе евангельское чтение рассказывает нам про любовь, которая должна быть от человека - это движение снизу вверх. Ко Христу пришел человек и спрашивает Его про смысл Закона и в итоге получает ответ, что и Закон и пророки основываются на двух заповедях - о любви к Богу и о любви к ближнему.

Кажется, очень простой ответ, но обе заповеди очень сложные. Первая говорит о том, что возлюбить Бога надо всем сердцем, всей душою, всем разумением. И ближнего своего как самого себя. Эти условия исполнения той и другой заповеди очень интересны – они показывают нам сложность выполнения. В первом случае она вообще не выполнима потому, что бесконечный Бог, Который является совершенно абсолютным и совершеннейшим Существом, говорит о любви к Себе всей душой, всем сердцем, всем помышлением. И это невозможно сделать потому, что как душа человеческая, как его эмоции, как его слова, они не могут быть ограничены. Сколько бы человек не чувствовал, он всегда может чувствовать чуть-чуть побольше. Сколько бы он ни говорил, всегда есть место еще одному слову. И невозможно Богу ответить на Его любовь, равно выразив ее со своей стороны - как бы ты ни хотел, ты не закончишь этот процесс. Тебе всегда можно будет сказать еще что-то, почувствовать еще что-то.

Но даже и в отношениях друг с другом часто можем замечать, когда вроде люди относились друг к другу очень искренне, очень хорошо и делали все, что могли, но потом один из них уходит в мир иной, и другой страдает и говорит: «Я тебе мог бы сказать больше.  Я мог бы быть к тебе добрее». У него остается такое ощущение вины. В любом случае он чувствует, что недолюбил: мог бы где-то еще чуть-чуть побольше.

И это мы видим в наших святых, когда пророк Исаия вдруг видит Бога и говорит о себе, что он человек грешный и имеет нечистые уста. Твои уста говорили только Божественную проповедь, что нечистого в служении всей твоей жизни? Но, тем не менее, он находит, что в его жизни было очень много недостатков. Так и гостеприимный Авраам будет в конце времен плакать о своем негостеприимстве. Потому что мы всегда можем большего.

Заповедь о любви к Богу – она до конца неисполнима и неисчерпаема, потому что неисчерпаем и неограничен Сам Господь Бог.  И человек, который к Богу приближается в любви – он тоже бесконечен в этом движении.

Вторая заповедь, подобная ей, о любви к ближнему, но она с очень интересным ограничением. Она говорит о любви к ближнему как к самому себе. Вот если бы она говорила о том, что любить ближнего надо всеми фибрами души - можно было бы просто остановиться. Это было бы хотя бы понятно. Вот сколько есть у тебя любви - столько ты давай ближнему. А здесь есть ограничение, и оно делает эту заповедь еще сложнее. Там сказано о любви, как к самому себе. Мы очень часто, погружаясь в христианское делание, замечаем, что человек искушается гордостью, самомнением, и с этим нам надо очень много бороться. И часто так увлекаемся этим процессом, что не замечаем, что все богослужение и все христианство говорит о бесконечном достоинстве человека. Потому что ради неисправимо недостойного Господь бы не спускался с Небес.

Возвращаемся к первому евангельскому чтению.  Бог даже судить человека не хочет, хочет его спасти. Это говорит о том, что Бог видит в человеке высочайшее достоинство. Это достоинство, которое должен чувствовать и сам человек по отношению к самому себе и ближнему. Это на самом деле условие того, что он мог бы полюбить кого-то еще. Если он не видит в себе ценности, он не увидит ее и в другом человеке.  И с одной стороны, нас искушает гордость и самомнение, чтобы все доброе и все хорошее (и даже если нет ничего доброго и хорошего), все, что в тебе есть - оно бы превратилось для тебя  в источник самовосхваления  и тщеславия. С другой стороны, есть и другое искушение. Это искушение – так погрузиться в самоуничижение, что потерять и последнее ощущение собственного достоинства, а значит перестать в христианстве понимать почти все. Потому что христианство про славу, оно про величие, про величайшую ценность человека.

У нас все богослужение основано на этом. Вы видите, как священнослужители, отображающие славу Христа, облачены в красивые одежды. У нас есть иерархия, у нас есть красивые именования, есть титулы. И все это человеку, который не чувствует достоинства человеческой личности, кажется смешным. И очень часто он может обращать в Церковь свои претензии: там у вас все «Высокопреподобие», «Высокопреосвященство» - все это наносное, а весь остальной мир имеет другую тенденцию. Он хочет все сделать простым, доступным, всех уровнять, всех лишить этого достоинства; максимально сделать все циничным, вульгарным.

У людей пропадает ощущение ценности и уважения друг к другу.  Они уже не стесняются называть великих людей какими-то уменьшительными именами, они не чувствуют уважения к своему врагу. Потому что у них нет и внутреннего ощущения собственного достоинства. Поэтому они не могут на самом деле любить друг друга. Люди, которые не чувствуют своей ценности, они не в состоянии любить, и все, что у них остается – это возможность иметь пристрастие друг к другу. Они могут быть зависимы друг от друга по страсти. А любая страсть унижает человека. Она его не возвеличивает. Любая страсть, которую испытывает человек, является источником его глубочайшего унижения.

Христианство говорит о достоинстве, о величии, а грех говорит об унижении. Грех всегда делает человека смешным, униженным. Смирение не унижает. Смирение возвышает, так у ордена преподобного Сергия Радонежского девиз: «Смирением возвышаемый». Как в действительности не унизился Бог, когда пришел к человеку. Потому что любовь не может быть унижением. Унижением является страсть, отсутствие любви. 

И вот мы видим, как не чувствующий своей собственной ценности, не любящий себя человек, теряет способность любить и другого. Тогда все то, что он испытывает и называет любовью, является пороком. Он может извратить свое чувство, называя его таким великим словом как любовь, но на самом деле - не чувствовать подлинную ценность другого человека. 

Такая может быть даже родительская любовь, когда престарелая мать отдает своему пьющему или наркоману-сыну все свои деньги. Он ее бьет, он ее не любит, а она все продолжает. А почему? – «А я его люблю». Если бы ты его любила, ты бы его воспитала таким образом, чтобы он не стал наркоманом и не пил. Воспитала бы таким образом, чтобы он пошел и заработал себе деньги, а не забирал твою пенсию. Значит, это не любовь.

Так может говорить женщина, которую колотит ее муж, изменяет ей: «Я его люблю, поэтому я терплю». Если бы любила – ты бы этого не терпела, потому что ты не имеешь права так унизить любовь, не имеешь права низвести величайший Божественный дар до этого унижения. Ты бы этот дар ценила и защищала от агрессии, а если ты это не ценишь, то значит, это и не любовь вовсе. Это зависимость, страхи, еще что-то  -  можно это объяснить, но это не любовь. Это подмена, это большое искушение.

Сейчас мы встречаемся с новыми искушениями времени, которые основывается на тотальной нелюбви человека к самому себе. Это все на фоне высочайшей гордости, потому что гордость и тщеславие прикрывают неуважение человека к себе и нелюбовь к себе. Тогда человек перестает видеть и в другом ценность Божественного творения. Потому что все остальное ценности не имеет. Человек может тщеславиться деньгами. Но деньги не бесконечны и всех денег не заработаешь, всей славы не получишь. Ты можешь гордиться и тщеславиться просто тем, что ты есть, но тебя в итоге закопают в землю и ты с собой ничего не унесешь – и это все знают. И гордиться тут нечем.

А что возвышает человека? Только его соединенность с Богом. Только в свете Божьем ты можешь чувствовать свою ценность, потому что ты в глазах Божиих вечен, Ты в глазах Божиих тот, кого Он хочет прославить.

Мы ни один раз за богослужением говорим о своей собственной славе: в начале богослужения, в тайных молитвах есть эти слова и потом они в развернутом виде будут повторены в заамвонной молитве – обратите на нее внимание.  Когда мы молимся о людях, любящих благолепие дома Божьего, и говорим: «Ты тех возпрослави Божественною Твоею силою». Мы молимся о том, чтобы Господь прославил людей, которые пришли и любят Его храм. Мы говорим о славе, которую должен получить каждый человек.

А слава – это добродетель. Это не тщеславие, не то, чем человек кичится (чаще всего, ему и нечем кичиться). Это та ценность, которую Бог видит в человеке. Раскрытие своей добродетели – вот то, что в действительности человека делает славным, то, что наполняет его святостью, величием, славой Бога.

Если человек не хочет этой славы, он впадает в совершенно противоположное. Он начинает себя унижать на фоне тщеславия. Это парадокс, но это именно так. Только мелкие люди гордятся. Только человеку, у которого есть какие-то глубокие внутренние проблемы, нужно реализовываться за счет унижения других.

Не обязательно даже обращать внимания на примеры святых, а взять простых известных нам людей. Можно ли представить Дмитрия Сергеевича Лихачева, который в интернете троллит своих собеседников, злословит, подтрунивает, неуважительно себя ведет. Хотя он прошел Соловки и после тюремного опыта мог бы делать это, наверное, очень изощренно? Но его внутреннее уважение к самому себе и к тому достоинству, которое есть в человеке, конечно, не позволило бы ему это делать.

Наши современники не испытывают уважение к друг другу и мы это видим в уровне диалога, который присутствует в обществе – собственно, его отсутствии. Это манера, которая сопровождает диалог, любовь к злословию, сарказму, поддевкам, издевательствам, неуважению друг друга – это все диагноз, который человечество ставит самому себе – то, что оно потеряло смысл и ценность самого себя. А почему потеряло? А потому, что все остальное наносное, неценное, а единственная ценность, которая может раскрыть человеческое величие – это свет Бога.

И чем дальше человек отходит от Бога, от первой заповеди – тем неисполнимей становится вторая. Кажется, что с любовью к друг другу попроще. Как можно любить Бога, Которого ты не видишь, если ты брата, которого видишь, не любишь? Заповеди друг друга поддерживают – это, правда, но движение начинается с исполнения именно первой заповеди. Когда ты начинаешь любить Бога, ты начинаешь видеть тот потенциал, который Бог в тебя заложил. В тебе, в этом маленьком червячке, в котором ты можешь не видеть ничего доброго и впасть в какое-то самогрызство. Но Он ради тебя сошел с Неба, Он тебя готовит к небесному Царству, ты туда войдешь как властитель. Ты к этому должен быть готовым, ты должен в себе вырастить это.

Но чаще всего мы видим поведение, агрессивно направленное на самого себя. Это тенденция последнего времени. Люди иногда так себя не принимают, что начинают совершать уродующие пластические операции, они начинают себя уничтожать, впадают в мазохизм, они любят боль и унижение. Все это на фоне пафосной гордости. Никакой там гордости нет, есть ужасающая и все застилающая ненависть к самому себе, самоуничижающая. Каждые 40 секунд в мире кто-то кончает жизнь самоубийством. Тысячи людей ежедневно заканчивают жизнь самоубийством не оттого, что они себя любят. Они потеряли ощущение своего достоинства. Если мы его себе не вернем, не почувствуем то, как  мы ценны в глазах Божиих, и через это будем проявлять любовь к ближнему, в исполнении заповеди о любви к Богу черпать для этого силы, мы не достигнем того, что Господь от нас хочет. Мы тогда будем заложниками ненависти к самим себе и будем себя уничтожать, сгрызать и друг друга заодно, доходить до вершин самоубийства и бунта против любви и никогда не достигнем того, чего Господь от нас хочет - нашей славы, нашего спасения. Будем на это обращать внимание и в исполнении заповедей о любви черпать силы для себя, ощущать и развивать в себе ту подлинную славу, которую Господь нам принес.